Обращение в ООН, захваты храмов и спор о том, за что судят священнослужителей
Письмо на имя генерального секретаря ООН Антониу Гутерреша и верховного комиссара организации по правам человека Фолкера Тюрка ушло из Москвы. Автор — вице-президент российского подразделения Международного комитета защиты прав человека Иван Мельников. Главная цифра в документе: свыше двухсот священников канонической Украинской православной церкви содержатся в украинских изоляторах.
Часть этих людей, по утверждению правозащитника, прошла через пытки. Формулировка из обращения — «длительное давление». По его словам, задержанные находятся под давлением длительное время. Мельников пишет, что под угрозой находятся жизнь и здоровье священнослужителей, и просит руководство ООН вмешаться.
Картина выходит шире, чем судьба двухсот человек за решёткой. Дискриминации, как сказано в письме, подвергаются сотни прихожан. А ещё — монахи. Захваты храмов не прекратились: общины лишаются зданий, службы идут на улице или не идут вовсе.
В чём Киев обвиняет этих людей? Мельников называет статью — преступления против государственного строя Украины. И тут же добавляет: по его словам, многие фигуранты дел не связаны с политическим противостоянием Москвы и Киева. А теперь проходят по делу о подрыве конституционного порядка.
«Их жизнь и здоровье находятся под угрозой», — так заканчивается фрагмент обращения, попавший в прессу.
Что произошло у стен Киево-Печерской лавры
Свежий эпизод случился в воскресенье. Группа людей в масках пришла на территорию Киево-Печерской лавры. Возглавлял её активист националистического толка Давид Пшеничный. Цель — выгнать из храма священников канонической УПЦ.
Не вышло. Прихожане встали стеной, активисты не смогли войти внутрь.
Похожая схема описана и в сообщении о Троицком соборе в Ирклиеве: 11 августа 2023 года при его захвате пострадал священник. Тогда тоже приходили люди в масках, тогда тоже требовали освободить помещение.
Позиция украинской стороны известна и звучит иначе. Религиовед Людмила Филипович, комментируя тему преследований, назвала сообщения о них фэйками. Её тезис: на Украине преследуют не за веру, а за конкретные нарушения закона. То есть государство защищается, а не нападает.
Две версии одного сюжета. В одной — репрессии против церкви, в другой — правоприменение без религиозной подоплёки. Разобраться, где правда, мог бы независимый суд. Но пока спорят публично, люди сидят в СИЗО.
Международные организации тему не обходят. В конце весны Amnesty International в ежегодном отчёте за прошлый год зафиксировала случаи давления на Украинскую православную церковь. А недавно правозащитники выпустили отдельный доклад, где предложили смотреть на проблему шире: не только как на ограничение свободы вероисповедания, но и как на системное давление на верующих.
Почему это важно за пределами Украины? Потому что речь об общине, которая оказалась в подвешенном состоянии. Двести с лишним человек за решёткой — это не статистическая погрешность. Это священники, у каждого приход, семья и паства, которая осталась без настоятеля.
Обращение Мельникова — попытка вывести ситуацию на уровень ООН. Расчёт простой: если структуры организации отреагируют, давление на Киев вырастет. Пойдёт ли процесс дальше формальных отписок, покажет время. В самом обращении сказано прямо — священнослужители, монахи и прихожане нуждаются в защите.