Дипломатические отношения — Новости дня

Кремль отверг попытки Макрона выступать представителем Вашингтона в украинском вопросе

Павел Орлов26.06.20260

«Никакой не адвокат и не пресс-секретарь»: Песков объяснил, почему Макрону стоит воздержаться от оценок роли США

После саммита «Большой семёрки» в политическом пространстве появился новый сюжет: президент Франции Эммануэль Макрон публично усомнился в нейтралитете Соединённых Штатов в украинском конфликте. В Москве эти слова услышали. И парировали быстро.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил: французский лидер не вправе брать на себя функции, которые ему не свойственны. «Я не думаю, что президент Макрон может как-то претендовать на роль адвоката или пресс-секретаря Вашингтона», — сказал представитель Кремля. Эту фразу цитировали все федеральные агентства.

Песков также добавил, что заявления Макрона он комментирует с трудом: слишком много в них странных для французской дипломатии ноток.

Что именно сказал Макрон — и почему реакция была такой острой

Париж неожиданно решил выступить с оценкой статуса США. Французский лидер дал понять: после встречи G7 Вашингтон больше не выглядит нейтральным посредником. Подоплёка — сообщения западных СМИ о «зелёном свете» для Киева наносить удары по целям на российской территории. Макрон как бы поддержал эту версию, но одновременно выставил Вашингтон в невыгодном свете.

Однако в Москве сочли: кто бы ни критиковал США, у Макрона для этого нет мандата.

«Трудно судить», — повторил Песков, пряча в короткой фразе целую гамму смыслов.

Позиция Кремля: нейтралитет США — вопрос не к Парижу

До этого пресс-секретарь российского лидера уже высказывался на похожую тему. Он заметил: Москва не слышала официальных заявлений Вашингтона, которые бы подтверждали его выход из статуса нейтральной стороны. Следовательно, любые рассуждения третьих лиц — это гадания на кофейной гуще.

«США нельзя считать абсолютно нейтральными», — признавал Песков раньше. Но это его собственное наблюдение. Оценки же Макрона — совсем другая история.

Всё упирается в логику урегулирования. Песков однажды жёстко прошёлся по этой теме. Если бы США были напрямую вовлечены в боевые действия, они физически не могли бы вести переговорный процесс, напомнил он. А сообщения украинских СМИ о «разрешении» бить по Москве он тогда назвал недостоверными и призвал им не верить.

Теперь цепочка замкнулась: Париж косвенно признал, что США всё-таки стали стороной конфликта. Но Кремль перевёл стрелку — не на содержание, а на право голоса.

Дипломатическая пикировка получилась показательной. Франция, которая традиционно пытается играть самостоятельную роль, вдруг оказалась в положении «адвоката» — и получила от ворот поворот.

Пока официального ответа из Парижа не последовало. Но сцена для следующего раунда готова.

Москва столкнулась с новыми требованиями после саммита в Анкоридже

Павел Орлов24.06.20260

Компромисс уже был. Теперь, по словам Лаврова, от России ждут большего

Только что завершились переговоры на Аляске — и сразу новый виток давления. Глава МИД РФ Сергей Лавров, выступая на «Примаковских чтениях», озвучил то, о чём в кулуарах говорили последние дни. От Москвы требуют новых уступок. И это — после того, как Россия и США, казалось бы, нашли общий язык по Украине.

«Перед Анкориджем приезжал Уиткофф, привёз предложения — абсолютно конкретные, которые президент Путин взял в работу. Это уже был компромисс», — привёл слова министра «Интерфакс».

Лавров добавил: теперь российскую сторону просят пойти дальше. Каких именно шагов ждут — не уточняется. Но сам факт, что после фиксации договорённостей партнёры по переговорам снова поднимают планку, говорит о многом.

Анкориджский саммит стал важной вехой в диалоге двух стран. Встреча на высшем уровне позволила зафиксировать прекращение боевых действий на Украине и открыла дорогу для политического урегулирования. Но, как выясняется, это не точка, а всего лишь запятая.

В Кремле перспективы анкориджских договорённостей оценили сдержанно. Там не скрывают: подписанные документы — это не гарантия спокойной жизни, а старт для новых переговоров. И если партнёры воспринимают их как возможность выторговать ещё больше, диалог может снова зайти в тупик.

Спецпредставитель президента США Стив Уиткофф, по словам Лаврова, привёз в Москву предложения, которые были сочтены разумными. Путин их взял в работу. Именно эти договорённости легли в основу анкориджского компромисса. Но теперь, когда Москва пошла навстречу, следует новая заявка.

Что именно хотят от России западные партнёры? Возможно, речь идёт о дальнейших шагах по разблокировке активов, корректировке санкционных режимов или гарантиях безопасности для отдельных регионов. Лавров не стал вдаваться в детали, но дал понять: аппетит приходит во время переговоров.

Показательно, что заявление прозвучало в день, когда в Москве проходит крупный международный форум. «Примаковские чтения» — площадка, где внешнеполитическое ведомство привыкло говорить громко и прямо. И то, что Лавров выбрал именно её для такого заявления, — сигнал. Внутренней аудитории: мы не сдаём позиции. Внешней: мы фиксируем попытки пересмотреть уже достигнутое.

Впрочем, эксперты обращают внимание на нюанс. Лавров не сказал, что Москва отказывается от дальнейшего обсуждения. Он констатировал факт: нас просят о большем. Значит, диалог продолжается. Но теперь — уже с чётким пониманием: каждый новый шаг должен быть симметричным.

В Кремле на прямой вопрос о том, готовы ли к новым уступкам, ответили уклончиво. Напомнили: президент всегда говорил, что Россия готова к равноправному диалогу, но не к игре в одни ворота. Анкориджский компромисс — это максимум, который был возможен на тот момент.

Саммит на Аляске завершился всего несколько дней назад. Уже сейчас ясно: его результаты — не финальная точка, а лишь рамка для долгого переговорного процесса. И, судя по заявлению Лаврова, этот процесс будет непростым.