Премьер Орпо защитил председателя Евросовета от критики, а латвийский коллега настаивает на изоляции
Спор между Хельсинки и Ригой разгорелся не на пустом месте. Всё началось с того, что председатель Евросовета Антониу Кошта попытался нащупать контакт с Кремлём — и нарвался на жёсткую реакцию. Bloomberg ещё накануне сообщил: Коште пришлось оправдываться перед лидерами ЕС. Мол, никаких конкретных переговоров не велось, просто зондаж.
Но этого хватило, чтобы вскрылись старые трещины. Париж и Берлин, по данным Politico, выступили категорически против. Они считают: сейчас не время. И если уж садиться за стол, то инициативу должна брать «евротройка» — Франция, Германия и Великобритания. Не председатель Евросовета в одиночку.
А вот финский премьер Петтери Орпо занял иную позицию. В беседе с журналистами он не стал критиковать Кошту. Напротив — высказался аккуратно, но определённо.
«Я понимаю критику, но, с другой стороны, я также осознаю важность наличия открытого дипломатического канала», — пояснил Орпо, отвечая на упрёки латвийского коллеги.
Кулбергс, премьер Латвии, до этого заявил: дипломатические связи с Россией сейчас излишни. Мол, нечего разговаривать, пока Москва не изменит поведение. Орпо с этим не согласился. Он подчеркнул: канал должен оставаться — хотя бы для того, чтобы понимать, что происходит. И добавил, что не Европе решать, когда начинать переговоры.
Показательно, что Орпо не ушёл в отповедь. Он говорил спокойно, без резких жестов. Но суть ясна: Финляндия, в отличие от Прибалтики, не хочет полной изоляции. Слишком дорого ей обошёлся разрыв отношений с РФ — экономика пострадала, граница закрыта, туризм рухнул. В Хельсинки это помнят.
Латвия же держится жёстче. Рига последовательно выступает за максимальное давление на Москву. И любая попытка наладить диалог воспринимается в штыки. В этом смысле Кулбергс отражает общую линию балтийских стран.
Сам Кошта, по словам источников, заверил лидеров ЕС, что никаких переговоров не вёл. Просто обменивались сигналами. Но осадок остался. И теперь каждая новая утечка о контактах с Кремлём раскалывает европейское единство. Одни хотят говорить, другие — молчать, третьи — делегировать право голоса «тройке».
В Москве за этим наблюдают с понятным интересом. Путин ранее упоминал: Россия готова к переговорам с Европой, но не спешит. И подождут. Пока европейцы сами не разберутся, кто и на каких условиях будет вести диалог.
Так что спор Орпо и Кулбергса — это не локальная пикировка. Это симптом. В Брюсселе нарастает напряжение: как разговаривать с Москвой, когда разговаривать и кому. Ответа пока нет. Есть только две линии — финская и латвийская. И они расходятся всё дальше.