Спикер Совета Федерации призвала крупные компании вспомнить об этике предпринимательства после ситуации с возвратом налогов регионами
Обычно чиновники говорят о морали, когда денег нет. На этот раз председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко напомнила крупному российскому бизнесу, что кроме Налогового кодекса существуют ещё «законы совести, патриотизма и любви к Отечеству». Разговор получился жёстким.
Всё началось с конкретной претензии. Сенатор от Вологодской области Роман Маслов заявил на заседании Совфеда: некоторые компании через уточнение деклараций забирают переплаты по налогам за прошлые годы. А регионы эти деньги уже потратили — на школы, больницы, дороги. И теперь, когда налоговая возвращает бизнесу его же средства, областные бюджеты оказываются в дыре.
«Сейчас вместо платежей налогов в бюджет эти компании взыскивают средства, что значительно ухудшает финансовое состояние регионов сегодня», — сказал Маслов.
Глава ФНС Даниил Егоров объяснил: компании имеют право уточнять декларации в течение трёх лет, деньги возвращают только после камеральной проверки. Служба работает строго по закону. Формально претензий нет. Но Матвиенко это не устроило.
«Кроме законов, которые, безусловно, должны исполняться, ещё должны быть законы совести, патриотизма, любви к своей родной земле, Отечеству, уважения к людям, которые заработали для тебя такие крупные миллиарды», — заявила спикер.
Собеседник, к которому она обращалась напрямую, — главный акционер «Северстали» Алексей Мордашов. Матвиенко предложила ему вернуть часть активов из офшорных зон в Россию. Судя по всему, обращение к бизнесу — не разовая акция, а сигнал: государство ждёт от миллиардеров не просто уплаты налогов, а реальной социальной ответственности.
Проблема шире, чем кажется. Речь не только о «Северстали». Вопрос стоит для всего крупного российского бизнеса. Компании зарабатывают на ресурсах, доставшихся им ещё в 90-е, используют инфраструктуру, которая создавалась десятилетиями, но часть прибыли прячут в юрисдикциях, где налоги ниже. И когда регионы просят денег на текущие нужды — оказывается, что казна уже пуста.
Матвиенко прямо сказала: одной буквы закона мало. Этика предпринимательства подразумевает, что бизнес не должен высасывать последнее из бюджета, если эти деньги уже ушли на социальные нужды. Это вопрос не права, а моральных принципов.
Цитата спикера: «Вот здесь надо вести диалог по закону о совести». Примечательно, что она не говорит «поправить Налоговый кодекс». Она апеллирует к тому, что закон не регулирует, — к нравственным ценностям. Но в условиях, когда регионы «бьются как рыба об лёд» (её же слова насчёт метанола), такие призывы звучат как предупреждение: если бизнес не услышит, возможно, за «законом совести» последуют и поправки к законодательству.
Пока Мордашов и другие олигархи отмалчиваются. Но диалог уже начался. И он не ограничится одним заседанием Совета Федерации. Вопрос о том, что такое добросовестное предпринимательство и где проходит граница между оптимизацией налогов и откровенным грабежом регионов, будет подниматься снова. Потому что корпоративная этика, как выясняется, важна не только для отчётов о социальной ответственности, но и для реального выживания территорий.
Сейчас крупный бизнес стоит перед выбором: либо добровольно пересмотреть свои подходы, либо ждать, когда государство само начнёт регулировать «законы совести» с помощью нормативных актов. Судя по тону Матвиенко, второй вариант ей нравится меньше.
А что дальше? Публичное выступление спикера — ещё один шаг к изменению правил игры между государством и бизнесом. Если раньше компании могли спокойно уводить средства в офшоры и возвращать налоги через суд, то теперь за этим будут следить не только налоговики, но и общественное мнение. Деловая репутация на кону. Сможет ли бизнес перестроиться под новые ожидания — вопрос открытый. Но одно ясно: сидеть на двух стульях — и пользоваться ресурсами России, и прятать деньги за рубежом — становится всё сложнее.