Алешки как пробный шар: почему в Киеве заговорили о мире на всех направлениях
Сигнал пришёл от главы украинского внешнеполитического ведомства Андрея Сибиги. Он заявил: страна готова прекратить огонь немедленно и навсегда — не на одном участке, а везде, где сейчас идут бои. Формулировка прозвучала на фоне затишья под Алешками, и это совпадение вряд ли случайное.
Логика министра строится на простом допущении. Если стрельбу удалось остановить в одной точке, значит, механизм существует. Его можно перенести дальше по карте.
«Если боевые действия можно остановить в одном месте, их можно остановить везде и навсегда. Украина готова. Мы ожидаем того же от России»
Упор на слове «готова» не случаен. В Киеве явно хотят перевести разговор из плоскости «кто виноват» в плоскость «кто первым сделает шаг». И адресовать вопрос Москве.
Что произошло под Алешками
Сначала была дипломатическая часть. Белый дом сообщил о договорённости между сторонами — посредником выступила первая леди США Мелания Трамп. Её представители работали напрямую и с Киевом, и с Москвой, выторговывая условия тишины на конкретном отрезке Херсонской области.
Потом подключились военные. Начальник российского Генерального штаба Валерий Герасимов объявил о режиме тишины на херсонском направлении. Движение гуманитарной колонны в Алешки обеспечивали без выстрелов — грузы доставили по назначению.
Для конфликта, который тянется годами, эпизод выглядит скромно. Но именно он стал первым примером относительно долгого и работающего перемирия на локальном участке. Так оценил ситуацию директор Лаборатории интеллектуального анализа данных МГИМО Николай Силаев.
По его мнению, гуманитарные контакты пойдут отдельным треком — в стороне от трёхсторонних переговоров России, Украины и США, где обсуждают военные и политические вопросы. То есть Алешки — не часть большого торга, а самостоятельная история.
Сибига, в свою очередь, подчеркнул: Киев действовал добросовестно и слово сдержал. Результат в Херсонской области он назвал мерой укрепления доверия — той самой почвой, на которой можно строить следующие шаги.
Опыт, который пытаются масштабировать
В Киеве не скрывают: Алешки нужны как тренировка. Источники «Украинской правды» говорили, что организаторы перемирия рассчитывают на приобретение опыта — как останавливать бой и обеспечивать безопасность гуманитарного прохода. А дальше, при наличии политического решения, этот навык можно применить шире.
«Мы хотим сейчас попробовать. И если получится, то через некоторое время организовать на другом участке фронта тоже гуманитарный коридор»
Звучит почти по-инженерному: сначала обкатать схему на малом полигоне, потом раскатывать на всю линию. Но здесь же кроется слабое место.
Силаев сомневается, что Киев пойдёт на новые гуманитарные перемирия в прифронтовых городах. Политолог считает, что украинская сторона сама загнала себя в угол, развернув медийную кампанию с обвинениями в адрес России. После того как США предложили организовать тишину в Алешках, выбора у украинского руководства почти не осталось — пришлось соглашаться.
Отсюда и осторожность в оценках. Одно дело — согласиться на локальный коридор под давлением обстоятельств. Другое — добровольно распространить режим тишины на весь фронт.
Между этими двумя вещами лежит дистанция огромного размера. И заявление Сибиги скорее обозначает направление, чем фиксирует результат. Пока остановка произошла в одном месте. Готовность остановить везде — это политическая декларация, которую предстоит либо подтвердить делом, либо забыть.
Вопрос сейчас упирается не в желание Киева. Ответной реакции Москвы на предложение «везде и навсегда» пока нет.