Симка в рюкзаке, ноль звонков в детализации и полторы тысячи человек в тайге
Связь в Кутурчинском Белогорье работает так, что вызов может уйти в никуда. И в журнале оператора от него не останется следа. Это выяснилось на следственном эксперименте по делу о пропаже семьи Усольцевых.
Замруководителя первого управления по расследованию особо важных дел регионального главка СК Яна Сырымбетова рассказала, как всё проходило. Следователи проехали по всей территории Белогорья с сим-картой того оператора, чьим телефоном пользовался Сергей Усольцев. Сырымбетова лично набирала 112. Ни один из этих вызовов в детализации не появился.
«То есть они могли звонить и не дозвониться», — пояснила она.
Что это значит на практике? Попытка дозвона и состоявшийся звонок — разные вещи. Если сигнал слишком слабый, телефон цепляется за базовую станцию, но разговор не устанавливается. И в выгрузке у оператора такая попытка не фиксируется. В день исчезновения семьи исходящих звонков и сообщений оператор вообще не зарегистрировал. Аппарат отметился на базовой станции — и только. Сама по себе такая отметка ничего не говорит: уровня сигнала могло не хватить даже на короткий вызов.
Отсюда осторожный вывод следствия. Эксперимент допускает, что Усольцевы пытались связаться с экстренными службами. Но подтвердить, что они это делали, нельзя.
Что известно о поисках
Сергей и Ирина Усольцевы и их пятилетняя дочь Арина ушли в поход в Кутурчинском Белогорье Красноярского края и не вернулись. Случилось это в конце сентября 2025 года. Места там глухие, тропы малохоженые, погода меняется быстро.
На поиски подняли около полутора тысяч человек. Цифра сама по себе показывает масштаб: столько людей в тайге одновременно редко собирается даже на крупных учениях. Активную фазу свернули через две с лишним недели. Дальше работали точечно — профессиональные и аттестованные спасатели, без массовых прочёсов.
С тех пор обстоятельства пропажи обрастали версиями. Эксперт Попов, комментируя ход поисков, усомнился, что семья могла бесследно раствориться в тайге. Логика простая: люди с ребёнком не исчезают без следов на ровном месте, что-то должно было остаться. Но и эта версия пока ничем не подкреплена.
История с детализацией добавляет к общей картине ещё один штрих. Родственники и близкие, вероятно, рассчитывали увидеть в журнале оператора хоть какой-то сигнал — звонок, сообщение, попытку. Не увидели. Теперь понятно, почему.
«Ни один звонок в службу в детализации телефонных переговоров не отобразился», — подтвердила Сырымбетова.
Технически это не противоречит тому, что человек в беде хватается за телефон. В тайге люди первым делом ищут сеть. Набирают 112, смотрят на шкалу приёма, переставляют телефон выше, машут им над головой. Всё это может не оставить в выгрузке ни строчки.
Следствие продолжает работу. Пока официально подтверждено одно: семья пропала, поиски в активной фазе завершены, а данные оператора не дают ответа на главный вопрос. Эксперимент со звонками на 112 это по крайней мере объяснил.