Счет идет на десятки: что стоит за чередой тревог в Прииртышье
Режим ввели снова. Для Омской области это уже одиннадцатый случай с начала года — цифра, которая сама по себе говорит о многом. По данным регионального управления РСЧС, тревогу объявляли десятого июня, первого и шестого июля, двадцать пятого июля, второго и десятого августа, тридцатого сентября, восьмого и двадцать четвертого октября, четвертого и одиннадцатого ноября.
Не каждая тревога заканчивалась реальным ударом. Но несколько раз беспилотники доходили до цели. И тогда разговор шел уже не о профилактике, а о последствиях.
Промзона, поле, логистический центр
Шестого июля губернатор Виталий Хоценко сообщил в соцсетях: несколько аппаратов достигли северного промышленного узла Омска. ПВО продолжала работу. Позже глава региона уточнил — целью был нефтеперерабатывающий завод. По предварительным данным, обошлось без погибших и пострадавших.
Второго августа обломки сбитого дрона упали в окрестностях города. В поле вспыхнул пожар, его потушили. Люди не пострадали.
Восьмого октября ситуация повторилась в похожем ключе. Большую часть беспилотников ПВО сбила, но один аппарат все же прорвался к северному промышленному узлу. На месте работали оперативные службы.
Самый тяжелый эпизод — двадцать четвертое октября. Удар пришелся по Омску, целью стал логистический центр одного из крупных маркетплейсов. Персонал вывели быстро. Трое человек получили травмы, им оказали медицинскую помощь. Губернатор тогда подчеркнул: угрозы жизни нет. Последствия ликвидировали еще какое-то время.
«По данным Министерства обороны России, в регионе зафиксирована беспилотная опасность», — написал Виталий Хоценко, объявляя тревогу.
Каждый раз вместе с предупреждением губернатор напоминает одно и то же. Не приближаться к месту падения обломков. Не снимать их на видео и не выкладывать в сеть. Знать, где находятся укрытия. Простые правила, которые приходится повторять снова и снова — потому что тревога перестала быть чем-то из ряда вон выходящим.
Одиннадцать раз за год. Для региона, расположенном в глубоком тылу, это новая реальность. И она требует привычки, которой у мирных городов раньше не было.