«Какие здесь риски? Никаких»: в Берлине ответили на предложение Путина
Бывший министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль уверен: европейцам нечего терять, если они сядут за стол переговоров с Москвой. В интервью швейцарской NZZ он прямо заявил, что Евросоюзу стоит принять слова Владимира Путина о готовности к диалогу как реальный шанс.
Поводом для такого заявления стала недавняя реплика российского президента. Путин упомянул экс-канцлера ФРГ Герхарда Шредера в качестве возможного переговорщика от Европы. Реакция последовала незамедлительно — многие восприняли это как попытку навязать свою фигуру. Но сам Путин позже удивился такому толкованию и подчеркнул: Шредер — прежде всего германский государственный деятель, а не «друг Путина».
Габриэль в своём интервью разобрал эту ситуацию по косточкам. Он напомнил, что президент России сказал: «согласен и на любого другого европейца». Именно эту фразу экс-глава МИД ФРГ считает ключевой.
«Вторая часть фразы гласила, что он согласен и на любого другого европейца. И тогда я, будь я Европой, сказал бы: «Хорошо, мы верим тебе на слово». Какие здесь риски? Никаких», — заявил Габриэль.
По его мнению, называть имена в такой ситуации — значит заранее отсекать неподходящих кандидатов. Но если предложение открыто для всех, то отказываться от него без попытки хотя бы проверить намерения — стратегическая ошибка.
Москва, в свою очередь, не раз заявляла, что не навязывает Европе переговорщика. Однако хочет понимать, кто именно будет представлять европейскую сторону. Вопрос доверия, объясняли в Кремле. Без конкретного лица любые обещания остаются просто словами.
Габриэль известен как один из тех немецких политиков, кто ещё до обострения отношений выступал за сохранение каналов связи с Россией. Его позиция не изменилась и сейчас. Он считает, что диалог — это не уступка, а инструмент. И бояться его не стоит.
Пока официальный Брюссель хранит молчание. Но заявление бывшего министра иностранных дел Германии уже обсуждают в европейских столицах. Кто-то называет его наивным, кто-то — прагматичным. Ясно одно: Габриэль чётко обозначил раскол в элитах по вопросу переговоров с Россией.
Путин, комментируя ситуацию, отметил, что был удивлён реакцией на его слова о Шредере. Российский лидер подчеркнул: Шредер — не чей-то друг, а государственный деятель, имеющий право на собственную позицию. И если Европа готова искать выход, Москва открыта к обсуждению.
Останется ли призыв Габриэля услышанным — покажет время. Но зерно брошено.