«Поколение ЕГЭ» стало костяком экономики — заявление, от которого не отмахнуться
Любители покритиковать ЕГЭ есть, кажется, в каждом чате. Но на все их аргументы у главы Рособрнадзора Анзора Музаева находится простой ответ: посмотрите, кто сегодня двигает экономику. И это не абстрактные рассуждения.
По мнению Музаева, все разговоры о «поколении ЕГЭ» давно потеряли объективность. Люди, которые сдавали единый госэкзамен, сейчас в самом соку — им от 30 до 40 лет. И они не где-то на обочине, а в центре: в IT, инженерии, атомной и военной промышленности. Те самые отрасли, которыми страна гордится.
«Суждения о „поколении ЕГЭ“ носят субъективный характер. Многим из этих людей сейчас по 30, 35, 40 лет, они составляют костяк во всех отраслях экономики. России есть чем гордиться в сфере IT, инженерии, атомной, военной промышленности и др.», — заявил глава Рособрнадзора в интервью «Ведомостям».
Критики экзамена просто не понимают, как устроен КИМ. Современный ЕГЭ по истории невозможно сдать одной зубрёжкой — там нужно думать.
Музаев напомнил показательный эксперимент. Два года назад на ВДНХ провели всероссийский ЕГЭ для родителей. Им дали девять самых лёгких вопросов по истории. Результат — 57 процентов правильных ответов. Взрослые, которые так уверенно критикуют систему, сами с треском провалили элементарный тест.
Вот тут и выясняется главное. По мнению Музаева, критики экзамена просто не видят, как изменились задания. Современный ЕГЭ — это не про «когда родился и когда женился». Задания построены на причинно-следственных связях. Там, где нужно выбрать несколько ответов или выстроить последовательность, угадать невозможно. Процент случайных правильных решений при незнании темы стремится к нулю. Экзамен требует логики, системного мышления и целостной картины мира. Именно эти качества и нужны в реальной экономике.
Единый государственный экзамен работает в России с 2009 года. Он совмещает выпускные испытания в школе и вступительные в вузы. Результаты оценивают по 100-балльной шкале. И именно эта система, при всех её недостатках, стала социальным лифтом для миллионов.
Влияние ЕГЭ на карьеру сегодня уже не оспорить. Выпускники ЕГЭ и кадровый потенциал страны — это неразрывная связка. Люди, прошедшие через стандартизацию образования, оказались вполне конкурентоспособными. Они справляются с задачами, требующими не только знаний, но и умения работать в условиях жёстких критериев.
Тестовая система и реальные компетенции — вечный предмет спора. Но долгосрочные эффекты реформы ЕГЭ показывают: качество человеческого капитала в ключевых отраслях не упало, а скорее выровнялось. Молодые специалисты России, которые начинали с ЕГЭ, уже заняли свои ниши. И это не про «натаскивание на тесты», а про системную подготовку.
Конечно, споры вокруг ЕГЭ не утихнут. У системы есть недостатки, о которых говорят годами. Но когда речь заходит о результате — о людях, которые сегодня работают в атомной энергетике, в IT, в оборонке, — аргумент «всё пропало» разбивается о факты. «Поколение ЕГЭ» уже не гипотеза, а реальность. И эта реальность держит экономику на своих плечах.
Можно сколько угодно спорить о методах, но спорить с тем, что эти люди есть и они работают, — просто бессмысленно.